Наконец-то новая ночь. Сегодня я экипирован не в пример лучше вчерашнего: неброская легкая куртка (весна, прохладно все-таки), потертые джинсы, черные перчатки в одном кармане, а в другом - тонкий о-очень острый стилет и две капроновые удавки. Веселая будет ночка!
      Говорят у маньяков нет логики, нет разума. Чушь. Так думают люди, не способные преодолеть барьер под названием "Не убий". Глупо. Да, я убийца. Но если я есть, может ли это означать что-то, кроме того, что я нужен миру? Вчера я освободил землю от чудовища по имени Марина (надо не забыть внести в список…). Сколько еще мужчин она заразила бы СПИДом, сколько тонн кокаина всучила бы пустоголовым подросткам…Но. Я спас этих людей. Я. И кто осудит меня за то, что мне это понравилось? Разве порок для солдата любить свое дело? Хорошо, Марину я выслеживал несколько месяцев, а сегодня собираюсь просто убить первую попавшуюся девушку. Но может же спаситель мира немного развеяться, в конце концов…
      Еще в детстве я понял, что единственное преступление - не суметь избежать наказания. Христос подарил нам свободу воли, и, похоже, я единственный человек, который пользуется этим подарком в полной мере. Я знаю, что буду распят, как и Он. Да, в этой игре я жертва, а не охотник, как не парадоксально это звучит. Я раб макромира, у меня нет дома, нет уютной скорлупы, оборудованной диваном, женой и телевизором, в которую я могу заползти вечером после работы. Но придет время, и я займу свое законное место: на иконостасе.
      Так кто же я - проклятый или избранный? Человечество решит. Но я тщеславен. Я склоняюсь ко второму варианту.
      Благочестие и добродетельность есть всего лишь недостаток смелости. Стадность не предполагает излишней амбициозности и решительности. Я не погонщик, о нет, я скорее преданный пес пастуха.
      Но - достаточно. Много размышлять вредно для здоровья.
      Странно, сегодня так пусто на улице. А ведь вечер пятницы… Наверно, я слишком громко думаю. Стоп. Кто это на той стороне улицы?.. Как уверенно идет. Мне нравится такая походка. Это девушка? Парень? Черт, отсюда не разглядеть, да и сзади не понятно. Пожалуй, все-таки девушка. Подожди, а девушки носят такую обувь? Дожил…Сколько тебе стукнуло, плешивый старикашка?.. Нет, точно девушка. Свободный свитер, красный или что-то вроде того, джинсы. Она еще и курит! Впрочем, тем лучше. Надо подойти поближе. Блин! Парень. Почти мальчик. Хреново. Ну ничего, как говориться, будем искать. Чего это он пялится?.. Может все-таки…в сущности, какая разница? Эй, а ну прекрати! Что за мысли?! Это не твой профиль. Куда, скотина?!
      - Здравствуйте. Закурить не найдется?
      - Я не курю. - а сам пепел стряхивает, гад.
      - А-а, понятно. - сейчас, еще пара метров и будет очень симпатичный тупичок…
      - Стой.
      - Что?
      - Стой - и в глаза заглядывает. О…какие жуткие глаза! Как у кошки…Господи, что это за тварь?!
      - Вот так. Э-э… для начала выкинь то, что у тебя в правом кармане. И подальше. Молодец.
      Что я делаю!!! Мать твою… Это гипноз?
      - Вроде того. Успокойся, пожалуйста, я сам, мягко говоря, не образец хладнокровия.
      Я не могу пошевелиться. Господи, господи, что я сделал тебе?..
      - Чего ты ждешь? Давай.
      Это еще кто? Мужчина, немногим старше мальчика со страшными глазами, весь в черном…Какая гладкая бледная кожа… Откуда он взялся?! Почему фонарь погас? Как странно светятся их лица…
      - Кто вы такие? - почему так хрипло, так тихо?
      - Это не так важно. - Мужчина в черном. Кокой вкрадчивый, спокойный голос… - Вы должны понять, что ваша жизнь вне опасности. Если конечно кое-кто действительно может себя контролировать. - Он слегка улыбнулся, ласково посмотрел на парнишку. Отец, что ли? Нет, слишком молод… Как странно зачаровывает его голос, его жесты, его взгляд…
      - Могу, могу, вот увидишь! А если он начнет вырываться?
      - Не начнет. Перестань, ему же страшно.
      Это они про меня? О да, мне страшно. Очень страшно. Господи, я верно служил тебе, за что?..
      Зачем он подошел так близко? Что это, мальчик испугался? Так резко отпрянул…
      - Ты понял, кто он. - Нет, не вопрос - констатация факта.
      - Да… Я…он не должен жить!
      - Тебе решать. Хотя я не стал бы этого делать. Он недостоин подобной смерти.
      - Ты прав. Только… будь рядом, хорошо?
      - Ну конечно. - Какое умильное выражение лица. Наверно, все-таки отец. О, мальчик снова в норме. Эй, ближе не надо!
      - Вот видишь!
      - Прижми его к стене. Вот так.
      Черт побери, какой сильный паренек! Мальчик, не стоит. Найди себе девушку.
      - Осторожно, - не голос, а клинок, обернутый бархатом, - не повреди артерию. Пониже.
      - Ааааааааа!!!!!!!
      - Аккуратней! Держи руки!
      Ха-ха, мальчик не успел. Боже мой, это шея или ведро с цементом?! Жаль, стилет я выкинул. Да кто они такие?! Почему стало так светло? Я умираю? Откуда этот звук? Я стою или лежу? Или лечу… прощай…
      - Хватит! - куда делся бархат?
      Мальчик, чем ты испачкал рот? Почему я не могу стоять на ногах? Я понял, это урок. Или даже экзамен.
      - Я все сделал правильно?
      - Да. Только немного увлекся, но это не страшно. Пойдем отсюда.
      - Подожди. Мы же не можем его так оставить.
      - Н-да…


      - В тебе умер писатель!
      - Ну почему же умер, господин следователь?
      - Потому что за сорок убийств у нас полагается смертная казнь.