Спираль неба

Спираль неба Автор: Виктор Дакруа копирование запрещено          К счастью у меня был всего один преследователь, такие ситуации не раз случались и в прошлом. Обычно их довольно быстро удавалось сбить со следа, оставляя несколько пятен крови в разных местах. Это заставляло фааргов останавливаться, путало ориентацию: кровь вызывает у них жажду, приводящую к безумию, если она не будет утолена. На бегу я прорезал кожу на пальце левой руки и провёл ею по выщербленной бетонной стене, оставляя длинную красную полосу. Жалеть кровь здесь, в этом мире, всё равно не было никакого смысла.        Но это не помогло. Пришлось сделать ещё несколько порезов на руке, провести такие же полосы на других стенах, однако всё оказывалось бесполезно. Мой преследователь не отставал ни на шаг. Обладая, по-видимому, редкой для тени способностью видеть и чувствовать на расстоянии, а также мгновенно определять запутывающие следы, он крепко повис на хвосте, устанавливая собственные правила игры. Мало-помалу в голову начинали приходить на первый взгляд совершенно абсурдные мысли - о том, что меня куда-то ведут, пытаются загнать в некий угол, действуя на мозг на подсознательном уровне. Когда-то я слышал о таком свойстве фааргов - испускать молниеносные гипнотические волны, запутывающие жертву, указывающие ей путь, а иногда и просто сводящие с ума, в зависимости от силы воли и сопротивляемости человека. Слышал, но никогда ещё не испытывал такое на себе. Судя по всему, среди них такие типы столь же редки, как среди людей те, кто может чувствовать фааргов на расстоянии. Да что там говорить, я вообще не знал о таких, кроме себя самого, конечно. И вот теперь, по-видимому, встретил достойного противника.        Пространство, по которому я бежал, становилось тем временем всё более и более пустынным. Одиноко торчащих стен уже практически не появлялось, не говоря уже о похожих на бараки низких строениях. Я по-прежнему натыкался на разбросанный повсюду хлам, груды наваленных камней, похожие на последствия взрывов (возможно, так и оно, кстати, и было). Но даже этого попадалось всё меньше и меньше, и скоро мне открылось совершенно чистое поле, пустырь, на котором, правда, хватало широко протянувшихся следов от бесчисленных пожарищ.        Странная уверенность в том, что ловушка захлопывалась, не давала мне покоя, продолжая подгонять ноги, итак почти разваливающиеся от усталости.        Впереди начинал вырисовываться некий громадный силуэт, его подножие скрывалось в тумане, низко стелющемся по земле, но это никак не могло скрыть всё остальное.        Я споткнулся о неудачно подвернувшийся засохший корень, подвернул лодыжку и упал на холодные сырые камни, неприятно впившиеся в ногу. Надо было подниматься, но делать этого я уже не спешил.        Просто мне стало понятно, где я оказался. Место, из которого ещё не удавалось уйти никому.        Спираль неба.        Я не знал, почему её так назвали, но какой-то смысл в этом безусловно был. Спираль - это башня, не слишком внушительная в ширину, но достающая почти до облаков вьющимся вверх серпантином лестницы, проложенной внутри. А может, она вообще начиналась из неба и опускалась вниз - такие предположения делали многие. Место, ставшее для фааргов почти родным, служившее им чем-то вроде специального форпоста. Место многих смертей.        Вскоре я всё же поднялся и обернулся назад. Как ни странно, в голову почти не закралось ничего, хоть как-то похожего на панику или страх. Возможно, потому что впереди не чувствовалось других фааргов, а по идее их там должно было быть немало. Меня всё так же преследовал единственный враг, всё ещё находившийся на довольно внушительном расстоянии.        Может, что-то изменилось, и эти твари начинают вымирать так же, как люди. Что-то же заставило покинуть их одну из своих главных обителей.        Я двинулся ко входу в башню, даже не пытаясь её обойти. Просто я верил в судьбу и знал, что ему суждено войти туда. Судьба слепа, она не знает вопроса "Почему?", ей не нужны никакие причины. Однако не подчиняться ей тоже нельзя. Дело в том, что мне много раз доводилось входить сюда во снах, и оказаться тут наяву было лишь делом времени. Моё тело погрузилось в туман, и вскоре я даже не мог рассмотреть в этой пелене собственных ног. Однако входной проём обнаружил безошибочно.        Стены внутри абсолютно не походили на унылые серые поверхности наружного мира, они были практически белыми, лишь кое-где встречались небольшие трещинки, словно случайные морщинки, совершенно не портящие общего впечатления монолитности. Но это не было сюрпризом, всё это я уже наблюдал. Через каждые три пролёта в стенах виднелись узкие бойницы, дающие неплохой обзор того, что творилось снаружи. Заглядывать в них не было смысла, всё равно внизу я мог рассмотреть только туман. Но фаарг продолжал приближаться, это определялось безошибочно без всякого зрения.        И я побежал дальше, поднимаясь всё выше и выше, забираясь так высоко, что даже туман у подножия начинал казаться узкой белесой полоской, почти неразличимой на фоне всего остального. Ещё через несколько пролётов на одной из площадок я увидел на стене символ, почему-то сразу же заставивший остановиться.        Знак представлял собой небольшой чёрный круг, расположенный внутри вытянутого равнобедренного треугольника, перевёрнутого острием вниз. К каждому углу тянулась тонкая, едва заметная линия, выходящая из круга. Но не это было главным: присмотревшись внимательнее, я увидел - часть стены, расположенная внутри треугольника, неуловимо темнела. Круг же оказался не совершенно чёрным, на нём стали проступать непонятные ярко-синие пятна. Казалось, он приобретал форму, становился выпуклым…        А затем из-под круга начал струится свет.        Фаарг же приближался всё ближе. Он находился уже внутри башни и продолжал пробираться ко мне, презрев всякую осторожность и скрытность, обычно всегда им присущую. Казалось, он был просто в ярости, что какой-то жалкий человечишка так долго посмел от него убегать.        Тем временем свет продолжал извергаться, разрастаясь и становясь даже ярче белой стены башни. И я чувствовал, как он тянется к моим рукам, к моим ранам, стремясь почувствовать вкус ещё не до конца свернувшейся крови. Он притягивал меня, заставляя прикоснуться к себе рукой, как некий мощный артефакт, светящийся неугасимым внутренним пламенем. Но то был вовсе не артефакт, а дверь. Скорее не дверь даже, а некое подобие чёрной дыры, стремящейся втянуть в себя всё, что только можно.        И сейчас эта дыра тянула в себя моё тело.        Фаарг внезапно остановился, видимо почувствовав впереди некую опасность для себя. Однако было уже поздно. Его так же тащило к теперь уже казавшемуся горящим порталом символу. Но у фаарга нет тела, поэтому он практически не мог сопротивляться. Он не мог даже зацепиться за стену, его конечности проходили сквозь твёрдую поверхность, нисколько не задерживаясь. Он буквально летел к этому пролому, летел прямо на меня, в то время, как мои пальцы отчаянно цеплялись за ступеньку всего в нескольких метрах от пылающей ослепительным светом стены.        Чёрно-синий шар в центре начал стремительно вращаться, двигаясь всё быстрее и быстрее с каждой секундой. И перед тем, как сияние стало уже совершенно невыносимым, я увидел что-то внутри треугольника: размытое отражение изломанной линии тёмных скал, прорезавшей горизонт потустороннего слепого неба…        Фаарг понимал, что он умирает и смерть эта неизбежна, не мог и забрать меня с собой, толкнуть в портал своим бесплотным телом, но не для того он продолжал погоню на протяжении нескольких десятков миль, чтобы оставить здесь, у стены, оставить совершенно целым и невредимым того, кто, собственно, и заманил его в эту ловушку, хотя задумывалось всё совершенно наоборот. Я скорее ощутил неким вторым зрением, чем действительно увидел, как последним внутренним рывком собрав остатки сил теней умерших, навсегда отпечатавшихся на его мёртвых глазах, он вложил их все без остатка в один удар, свернув тугие клубы тёмно-серого тумана вокруг одного из бесчисленных когтей, питая его густыми каплями чёрного яда.        Тень пронесла сквозь меня и исчезла в сверкающем портале, тут же окрасившемся ярко-красным. Я лишь через мгновение почувствовал, что что-то изменилось. Портал медленно сворачивался, из него вырывалась пелена могильного холода, гораздо более жестокого и сырого, чем в этом мире.        Выдержать это я уже не мог.        Лишь перед самым погружением в темноту мой взгляд случайно упал вниз, на практически полностью распоротое левое плечо. Однако через мгновение это стало просто одним из миллиона ничего не значащих образов, распадающихся на мириады осколков, стремительно тающих в бесконечной чёрной бездне…